Сказка о счастливой дыне из Канталуппо

Сказка о счастливой дыне из Канталуппо

Моя история была бы проста и совершенно ни чем не выделялась из сотен и тысяч таких же историй, если бы не один день, навсегда изменивший мою жизнь. 
Но обо всем по порядку. Когда я вспоминаю, как все начиналось, я вижу большое-большое поле, от горизонта до горизонта наполненное такими же дынями, как и я. Мы были совершенно одинаковые, сначала зеленые, потом, перевидав множество рассветов, закатов, получив парочку солнечных ожогов, созрели, налились и значительно прибавили в формах. 
Дальше, помню большие и теплые мужские руки, которые погладили меня, отлучили от сестер, обняли нежно, сказав, что я, верно, сладкая и… больше сестер я не видела.

Я оказалась на прилавке с совершенно незнакомыми мне овощами. Мне было очень неуютно в их компании: огурцы откровенно таращились на мои упругие бока в полоску, кабачок норовил упасть на меня из своей корзинки, а бананы просто не находили себе места от волнения. Я с ужасом ждала ночи, но мне повезло: меня купили. Снова мужские объятия, но в этот раз они пахли… они пахли чем-то совершенно незнакомым, я не могла понять чем, но знала: сегодня вечером случится то, ради чего я жила до сих пор. Запах сводил меня с ума, и только очутившись в темном холодном шкафу, я, наконец, слегка успокоилась.
 Ненадолго.

Дверь шкафа открылась и на полку надо мной положили Его. Он был одет в тончающую пергаментную бумагу, через которую выделялся рельеф его смуглого и мускулистого тела. Я едва почувствовала волну мускусного запаха, как внутри у меня всё закружилась, а на кожице выступили капельки влаги.

 

«Что таращишься, дура деревенская, хамон Белотта никогда не видела?» — перехватила мой взгляд и взвизгнула ревнивым голом старая дижонская горчица.
 Он тоже мельком, но цепко, посмотрел на меня. И я поняла: да, это случится сегодня вечером.

Через какое-то время дверца шкафа открылась, меня окатило теплом, те самые мужские руки взяли меня и хамон. Мы очутились на столе, друг напротив друга. Я немного стеснялась, но меня вовремя понесли к крану с теплой водой и умыли. Когда я вернулась, бумаги на нем уже не было. Последней своей мыслью, которую я помню, было: «…и ведь об этом мечтает каждая…»

 

Специально для Тавернетты.